Цифровой скиталец

Мы живём, пока мы летаем

Иордания — 13, день пятый, замок Шобак

Панорамный вид на обширную засушливую местность с изрезанными холмами и глубокими долинами, покрытыми редкой сухой растительностью. В ландшафте видны извилистая дорога и несколько разбросанных построек под ярким голубым небом с легкими облаками.

PB230351

Прямо по центру на линии горизонта  – наш отель

Итак, оставив велики около торговца, мы двинули внутрь замка Шобак. Походив по развалинам, мы обнаружили подземный ход, про который нам в Дане рассказывал британец. Ход этот ведёт сквозь половину горы, на которой расположен замок, и выходит прямо на дорогу, по которой сюда добираются туристы. Рыбаков стал спускаться по ступенькам, и звать за собой меня – я не против пройти пару пролётов, посмотреть, как там что, потому что никаких признаков клаустрофобии за собой никогда не замечал. Однако, на этом наш активный путешественник не успокоился, и полез ещё ниже, что в мои планы не совсем входило. Во-первых, мы не забрали с велосипедов фонарики, во-вторых, велоботинки плохо предназначены для подобных альпинистских трюков. Александру же всё это до лампочки ввиду врождённой лёгкой безбашенности, и потому он погружался во внутренности замковой горы всё ниже и ниже, несмотря на мои протесты, и меня за собой тянул. Через десяток-другой метров вниз и полсотни в длину (а длина хода состовляет более 250 метров) ступеньки превратились местами просто в небольшие выступы, а местами выродились окончательно. Спускались мы теперь, держась руками за камни на стенах, а местами и вовсе скользя на заднице, потому что сломать в этом тоннеле ногу – раз плюнуть. Я внушаемый, и на подобные глупости меня сподвигнуть легко, даже когда вроде бы и не очень хочется.

Каменные ступени ведут вниз по узкому пещерному туннелю, уходящему в глубокую темноту.

 

Вырубленные в скале ступени ведут вверх в темный проход пещеры с неровными стенами. В глубине прохода виднеется оранжевое свечение.

Когда мы спустились примерно на половину, посидели в темноте, выключив фонарики на телефонах. Наступила абсолютная темнота, с которой городской житель почти никогда не сталкивается. Ощущение необычное – ты знаешь, что вокруг тебя - сотни метров породы, и случись обвал, ты будешь заперт в огромном каменном мешке надолго, а может быть, и вовсе не выберешься. Страшно, правда, не было. В Европе в таком месте наверняка бы брали за вход 25 евро, всё обвешали бы предупреждающими знаками, запретили бы спускаться без каски и проводника, и заставляли бы подписать отказ от претензий, а тут всем плевать. Зато романтика приключений сохраняется!

Мужчина в спортивной одежде и с фонариком в руке стоит на каменных ступенях внутри пещеры с неровными каменистыми стенами.

Ещё в тоннеле отличная акустика – от громких звуков приятно басят стены, эхо сохраняется чуть ли не полминуты. Круто было устроить там пати и послушать чиллаута. В конце-концов мы добрались до выхода и по металлическим скобам выбрались на дорогу. Саша и тут не успокоился, сказал что дорога – для лошков, а мы полезем обратно своим ходом. Полезем, так полезем, тем более, что подниматься обычно удобнее, чем спускаться (хотя тяжелее с точки зрения выносливости).

Синее модульное пластиковое покрытие для спортивных площадок с перфорированным геометрическим узором в виде решетки.

 

Человек в синей куртке, черном шлеме и перчатках спускается в узкий каменный проход по металлическим скобам, встроенным в стену.

DSC_0307

 

Через двадцать минут, обсыпанные известковым песком со всех сторон, мы гордо вышли на свет божий, где нас неожиданно встретила группа немцев-туристов. Разумеется, мы их всячески входновляли залезть поглубже, ведь это интересно и приятно. Может быть, их смутила толщина пыли на нашей одежде, а может, моё медленное и мучительное ковыляние, но бюргеры на рекламу тайного хода почему-то не купились, и ограничились десятком-другим ступенек.

 

Мужчина в синей куртке, велосипедном шлеме и с рюкзаком поднимается по грубым каменным ступеням внутри темного тоннеля или пещеры, держа в руке телефон.

Вид сверху на сухой каменистый склон холма с редкой пожухлой травой, посреди которого стоит небольшая металлическая стойка. На заднем плане видна извилистая асфальтированная дорога, проходящая вдоль скалистого ущелья.

Тайный ход выходил на поверхность как раз к дороге на фото

Крупный обломок светлого известняка с высеченным круглым рельефным узором в виде розетки или солнца с лучами, лежащий на земле среди мелких камней.

Мужчина в синей куртке, шортах и шлеме стоит на деревянной дорожке, ведущей через обширные руины старинного каменного поселения на склоне холма. Закатное солнце освещает каменистый ландшафт с редкой растительностью и дальние холмы.

Обширный пустынный пейзаж с волнистыми холмами, испещренными естественными террасами, извивающейся дорогой и несколькими постройками, залитый мягким светом низкого солнца.

 

Обширный, засушливый ландшафт из пологих холмов и долин под бледно-голубым небом с видимой луной. Низкое солнце освещает склоны, отбрасывая длинные тени.

 

Темное каменное помещение, где на земляном полу и деревянных полках расставлены многочисленные каменные артефакты, включая жернова, ступки и архитектурные фрагменты.

 

Длинная светлая резная панель со спиральными узорами лежит на пыльном полу, рядом с ней стоит С-образный светлый каменный блок.

Небольшая группа овец стоит на каменистом холме на фоне древних руин крепости, расположенных на вершине горы.

 

Мы ещё немного погуляли по замку, и с верхотуры полюбовались окрестными закатными видами, хотя уже не на шутку похолодало. В развалинах просто так валяются камни с гравировкой – в Европе каждый бы сосчитали, положили в ящик и в рамку, а тут – бери не хочу, вези себе на дачу.  К счастью, дачи европейских туристов далеко, а местные не заморачиваются. Когда настало время идти обратно, я пообщался с торговцем, который яростно старался втюхнуть нам хоть что-нибудь. Одна из его попыток была, как минимум, любопытной – он предлагал нам купить древние набатейские, римские и византийские монеты, причём обещал грандионзую скидку. Якобы обычно, для всяких там американцев, они стоят аж 20 динаров, но нам, как родственным душам и прекрасным латвийцам, готов отдать за 10. Поторговавшись ещё пять минут, я сбросил цену до 5, но это был абсолютный минимум за штуку.

Монеты выглядели древними, порядком стёртые, зелёно-заплесневелые, комар носа не подточит. Остановило меня только то, что сам я в монетах ничего не понимаю, а для подарка случайному коллекционеру дома всё-таки дороговато.  У Саши сразу родился бизнес-план по перепродаже антиквариата на ибее, но даже я не столь наивен, чтобы попытаться провернуть его без предварительной информационной разведки. С монетами потом ещё была целая детективная история, которая постепенно раскроется в следующих частях.

В итоге я прикупил у сувенирщика какой-то мелочёвки, он похвалил наш отель, сказал, что там работает его брат, показав жестами мужика в теле, и мы разошлись миром.

PB230372

Металлический прилавок со стеклянной витриной в скромном кафе, перед которым на полу стоит старый потертый газовый баллон.

 

Обратная дорога была бы быстрой, но у нас ещё был план перекусить, поэтому мы направились в городок. На центральной улице обнаружилась столовка, где мы знаками заказали какие-то неизвестные блюда, я при этом дополнительно попросил без мяса, поставили у входа велики, и уселись за столик ждать ужина. Оставлять железных коней без присмотра на сей раз почему-то было стрёмно, и я поставил велик так, чтобы во входной двери торчал багажник с включенным огоньком. Несмотря на это, я нервничал и потому ел в спешке. Кроме того, мне опять стало хуже, меня знобило, мышцы крутило по-всякому.

Пока мы ели, засекли, что из огромного чана, где варится курица, убегает вода с пеной, и свистнули повару, он же в одном лице и кассир.

PB230374

Бытовая техника в Иордании каких-то очень странных брендов, видимо местные супермаркеты постарались

После плотного, и вполне по вкусу нормального ужина, который нам обошёлся в разумных 2 (с мясом 3) динара, мы зашли в магаз неподалёку. Интересно, что в такой глубинке, на протяжении всего нашего пути, мы ни разу не встречали в продаже алкогольных напитков, и, соотсветственно, любителей спиртного. Меня, как трезвенника, это очень даже радовало, тем более что люди, которые нам попадались, были приятными в общении, неагрессивными, и не проявляли всех тех чёрных сторон личности, что нередко проявляются  под действием алкоголя. В магазине я купил пару видов солодового напитка. Видимо, здесь табу даже на слово “пиво”, потому что под названием этим скрывалось самое натуральное безалкогольное пиво. На вкус бывает разное, но в целом – так себе, наш Zelta Zirgs покруче будет.

Рука держит открытую зеленую стеклянную бутылку безалкогольного солодового напитка BARIO с арабскими надписями. На заднем плане видна комната с кроватью и светлыми шторами.

На улице стремильно падала температура и опять поднимался ветер. Холодно было дьявольски, в номере было вроде бы 16 градусов, но к вящей нашей радости, кондиционер работал в режиме обогревателя, хоть и с перебоями, а дверь на балкон, вопреки местным традициям оставлять всюду щели, закрывалась довольно плотно. Причиной этому было очевидно то, что отель на этот раз был по местным меркам настоящим люксом. Однако, даже такой прекрасный отель не избежал иорданских причуд: полотенце было только одно, а когда я попросил на ресепшене второе, меня не поняли, или не захотели помочь. По крайней мере, бесплатно налили чаю – но это был самый отвратительный на вкус чай за всё путешествие!

Крупный план светлой стены или дверного косяка с вертикальным зазором. Слева видно белое крепление с круглым вырезом, обнажающим золотистую петлю, прикрепленную двумя шурупами.

Даже в аккуратном и в целом приличном номере встречаются такие приколы с кривизной поверхностей

Завтра нам предстоял выбор – ехать по асфальту, всего 30 км с умеренным набором около километра (а то и меньше) или двинуть по мтбшному оффроаду, поверив обещаниям создателей маршрута о невероятных видах. Вы наверное уже догадываетесь, какое решение приняли два неугомонных туриста с шилом в жопе, но подтвердить свою догадку сможете только в следующей части.